Вернуться в текст

Как всегда вечером, я стал просматривать раскрытые книги. Первая -

Г.Д. Левин ""Философские категории в современной дискурсе", М., "Логос", 2007. Раскрыта на стр. 158:

"Я уже подчеркивал, что смена качественных состояний предмета — это всего лишь смена его видовых признаков при сохранении родового: переходя из одного агрегатного состояния в другое, вода меняет свои видовые признаки, родовой же признак — ее химическая формула — остается неизменным. Этот процесс можно представить как переход предмета в свою противоположность, А в не-А. Казалось бы, что можно извлечь из столь элементарного описания природного процесса? В действительности, это упрощение позволяет увидеть закономерность, которая при более детальном описании не просматривалась. Возвращение предмета к старому качеству происходит по совершенно элементарной причине: количество качеств, которыми он может обладать, ограничено. Например, вода может пребывать только в трех агрегатных состояниях, и переход из того состояния, в котором она находится сейчас, с неизбежностью будет возвращением к тому состоянию, в котором она уже находилась. Если бы число возможных агрегатных состояний воды было бесконечным, возвращения к старому можно было бы и избежать. В этом же и объяснение того, почему в моде, например, новое — это накрепко забытое старое: смена моды происходит потому, что имеющийся фасон, скажем, квадратный носок сапога, надоел. Но все другие в принципе возможные фасоны уже были модными по многу раз. Возвращение к старому может происходить и на той же, и на низшей, и на высшей ступени. Например, современные сапоги с прямыми носками не идут ни в какое сравнение с теми, которые описаны в рассказе Л. Толстого «После бала». Закон отрицания отрицания описывает возвращение к старому именно как закон развития. Несмотря на элементарность, он играет фундаментальную роль в познании и практике: позволяет предвидеть будущее. Простой пример. Товарное производство возникло в Европе как домашнее. Затем оно сменилось конвейерным. Закон отрицания отрицания позволяет предсказать возвращение к домашнему производству. Еще в середине прошлого века такое предсказание выглядело жалкой попыткой подвести жизнь под голые гегелевские схемы. Сегодня же это возвращение к старому на высшей ступени происходит в самых развитых странах.

Итак, смена состояний — это не просто реальный процесс, но и процесс, подчиняющийся философскому закону. Серьезный методологический вклад в его исследование внесла синергетика. Три ее термина — «неравновесное состояние», «точка бифуркации» и «пусковая причина» — также характеризуют смену состояний".

А вот этого я никак не ожидал - на странице две карандашные пометки:

"Вода - мокрая, камень - теплый, ветер - дует, огонь - горит, - ново, ново и как смело!"

"Реальный процесс подчиняющийся философскому закону", - конгениально! Я даже не смею предположить, что стало бы с мирозданием если б не было этого философского закона или автора с его книгой".

Ну, бабка, погоди!!

Следующая книга -

В.Г. Попов «Логика и реальность», Изд-во С.-Пб университета, 2004.

Открыта на стр. 31:

"Имея в принципе одну и ту же цель — объяснение явлений и преобразование окружающего мира для более предсказуемого и, следовательно, более безопасного в нем проживания человека — наука и материалистическая философия связаны, но между ними существует и принципиальное различие, заключающееся, прежде всего, в предмете исследования, что, естественно, ведет к различию их методов. Предмет философии составляют отвлеченные понятия (метафизические категории), которые она не производит логическим путем, а формально имплицирует из других более общих понятий или эксплицирует их из доморощенных представлений о псевдо-физических понятиях (например, пространство как таковое, время как таковое, энергия как таковая, энтропия как таковая и т. д.). В последнее время она черпает свои понятия из околонаучных разговоров о самоорганизации, необратимости, индетерминизме и др., из фактов сложной психологии человеческих отношений. Поэтому она оперирует таким методом построения своих сообщений, которые не допускают не только верификации, но и логического тестирования. Таким образом, технология "философского дискурса" состоит лишь в связывании одного неизвестного с другим посредством общезначимых логических связок. Предмет же науки — конкретные явления природы и их использование в утилитарных целях, поэтому она постоянно проверяет результаты своих исследований и немедленно корректирует свои действия. Не философия, как таковая, является стратегией познавательного процесса, но весь комплекс человеческой культуры на каждом этапе своего развития определяет и направляет поиск, а это и социология, и экология, и экономика, и демография, и литература, и искусство, а также и философия, но не как "наука наук", а как один из видов литературного творчества, и множество других составляющих общечеловеческой культуры. Каждый же раздел прикладной науки — это детальная проработка общечеловеческого культурного проекта и конкретной реализация логически обоснованных идей в реальных вёщах. Философия не может преобразовывать мир, потому что она обращена не на реальность, с которой человек постоянно взаимодействует посредством своих чувств и приборов, а в так называемую суть вещей, их бытие (действительную действительность), которая, по Канту, есть в принципе непознаваемая "вещь в себе". Наука же, в основном, экспериментальным путем накапливает фактический материал, не пытаясь в каждом конкретном деле объяснять мир в целом, но стараясь получить конкретный результат. Массовое сознание, тем не менее, не потому приняло метод науки, что отказалось от постижения тайн мироздания, но потому, что нашло: единственный метод, способный вести пусть к ограниченному, но достоверному знанию, есть метод проверки единичных фактов и явлений, который попросту не применим к абстракциям и общим понятиям. Роль философии в нашей культуре не осознана и по сей день. Отсюда беспредметный спор, временами все еще вспыхивающий на страницах философских изданий, о первичности материи или сознания, метафизическое разделение философии на идеализм или материализм, которые в свою очередь делятся на свои внутренние "измы" одним лишь энтузиазмом огромной армии профессиональных философов. Все это действительно привело к полному исчерпанию ее кредита, но люди, тем не менее, не стали менее предприимчивыми и отважными в методе науки и, самое главное, не перестают и философствовать вопреки Гегелю, который сказал: "Относительно всех наук, изящных и прикладных искусств, ремесел распространено убеждение, что для овладения ими необходимо затратить большие усилия на их изучение и на упражнение в них. Относительно же философии, напротив, в настоящее время, видимо, господствует предрассудок, что, — хотя из того, что у каждого есть глаза и руки, не следует, что он сумеет сшить сапоги, если ему дадут кожу и инструменты, — тем не менее, каждый непосредственно умеет философствовать и рассуждать о философии, потому что обладает для этого меркой в виде своего природного разума, как будто он не обладает точно такой же меркой для сапога в виде своей ноги". Это, пожалуй, хоть и высокомерная, но все-таки самая живая мысль из всего того мертвого, что наговорил Гегель за свою творческую жизнь, но и она направлена не по адресу".

Вернуться в текст

"И цзин". Реставрация © Ole Lukoe, 2006-2016.