"И цзин". Экспликация

«О, сколько нам открытий чудных / Готовят просвещенья дух / И опыт, сын ошибок трудных...»

«Книга Перемен» как «Книга Универсалий»

Авторская страница
Ole
Lukoe

Интродукция

Реминисценции

Темы

Контрапункты

Искусство фуги

Каденции

Литература

 

Предыдущая

 

Следующая

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

       Lin Yun

 

 

"Формы постановки проблемы рациональности в современной буржуазной философии весьма разнообразны. Среди школ и направлений, для которых эта проблема является существенной, назовем «Союз рационалистов» во главе с А. Роже и П. Ланжевеном; группу естествоиспытателей, объединившихся во главе с Ф. Гонсетом и Г. Баш- ляром вокруг журнала «Диалектика»; французских структуралистов — от К. Леви-Стросса до Ж. Деррида; философов Франкфуртской школы — Т.-В. Адорно, М. Хоркхаймера, Ю. Хабермаса; «критических рационалистов » в англоязычных странах и ФРГ; в какой-то мере и философов феноменологической традиции, идущих навстречу опыту гуманитарного познания и учитывающих этот опыт в философских разработках герменевтической проблематики. Особую ветвь этой проблематики рациональности мы видим в современных версиях рационалистической доктрины католицизма и т. п.

В нашей философской литературе существует немало работ, посвященных анализу проблемы рациональности в тех или иных конкретных ее формах. Прежде всего это работы А.С. Богомолова, II. Генова, А.Ф. Зотова, Л.Г. Ионипа, И.Т. Касавина, М.А. Киссоля, Н.Г. Михая, Н.В. Мотрошиловой, Н.С. Мудрагей, А.Л. Никифорова, С.Н. Обидной, В.А. Подорогн, В.Н. Поруса, Б.II. Пружинина, А.И. Ракитова, В.С. Стенина, Г.М. Тавризян, Г.М. Федорюк, В.Г. Федотовой, Е.Л. Чертковой. В.С. Швырева, Н.С. Юлиной и др. В работах А.С. Богомолова, В.А. Лекторского, Т.И. Ойзермана раскрываются общие концептуальные основания для анализа проблемы рациональности". - Н.С. Автономова "Рассудок. Разум. Рациональность", стр. 10. - М., "Наука", 1988.

Посвященный человек на это скажет: "Давно ушедшие мечты". На что я осмелюсь предложить автора более серьезного и глубокого, работы которого рвут с обыденностью разума и речи и посвящены последнее время исключительно реальности.

Руднев Вадим Петрович: 33 книги от Витгенштейна до Бетховена. Ну что здесь поделать? Ничего не поделаешь - культуролог. Нас же будут интересовать его последние работы:

"Реальность как ошибка", 2011.

"Новая модель реальности", 2016.

"Прочь от реальности", 2020.

"Реальность, как я её вижу", 2021.

"Нарративный диссонанс", 2021.

Последних трех еще нет в его официальной Библиографии, поскольку в настоящее время он еще не закончил выступать перед слушателями Лаборатории по изучению человека и культуры XXI века при Философском факультете МГУ.

Как многие могли заметить на приведенном фото, именно в его стенах разворачивается сейчас дискуссия на тему: Можно ли сегодня есть мясо живого человека?

 

 

Мы же не будем вмешиваться в эту животрепещущую полемику, а откровенно заявим, что весь последующий текст является лишь иллюстрацией к его ранней книге "Новая модель бессознательного". — М.: Гнозис, 2012.

 

* * **

Генезис "Книги Перемен" даже советскими специалистами описывался языком Сведенборга: "...внутри Дао образуется пустота, его объем [центрального элемента] "схлопывается" и превращается почти в плоскость". Т.е. описывался "...языком, не имеющим перцептивной поддержки", - Фуко.

Кто мне объяснит, что такое "почти плоскость", которая схлопывается? или такой шедевр, как "инъекция в генетическое лоно", и т.д.

Надо делать усилия, чтобы за  этой шелухой увидеть проект А.Е. Лукьянова, который пишет: "Далее на арену философского творчества выступают совершенномудрые люди. Они "прикладывают" словесно-иероглифические афоризмы к символам гексаграмм. Совершенномудрым людям наследуют мудрецы цзы. Это и есть собственно философы, буквально "мудрецы-дети". Они интерпретируют афоризмы к гексаграммам со стороны общественных интересов", - "Дао "Книги перемен". - М., "ИНСАН", 1993.

Термин "общественные интересы" нам понятен, и сторона их, показанная Лукьяновым, ясна.

Но "интересы" не позволили продвинуться в понимании самого памятника ни на йоту.

 

Я же считаю, что первичный, нулевой слой "Книги Перемен" можно сравнить с конспектом лекции. Лекции, проведенной совершенномудрыми и прошедшей где-нибудь в VIII в. до н.э., но конспект к которой был записан по памяти в VII в. до н.э. (abt). По-видимому, до этого существовал устный эквивалент, передававший основную суть предмета. Со временем, вот эта суть - сначала суть более сложных представлений, затем суть более простых - у адептов совершенномудрых и адептов их адептов всё более и более упускалась, а необходимость пояснения найденных образов, как реакция на этот процесс, а по существу - регресс,  нарастала. Отсюда и пошла традиция расширенного комментирования памятника.

"Там (в "Ши", "Шу" и "И") перед нами - письменная фиксация имевшегося устного материала", - Н.И. Конрад "Синология", стр. 451. - М., "Ладомир", 1995.

Символ гексаграммы - это в первую очередь визуально воспринимаемый знак.

Умберто Эко так определяет "знак по отношению к объекту:

- икона: мысленный образ, рисунок, диаграмма, повторяющая рисунок воспроизводимого отношения, метафора. Икона характеризуется естественным сходством с объектом.

- индекс: градуированная шкала, логический оператор, сигнал, крик, указательное местоимение. Привлекает внимание к объекту посредством слепого импульса.

- символ: существительное, рассказ, книга, закон, институция. В отличии от двух других конвенционален". - "Отсутствующая структура". - С.-Пб., symposium, 2004.

По Р. Келлеру, "культура и субкультуры разных сообществ могут противопоставляться по тому, какие области жизни она подвергает знаковой интерпретации, причем даже объем охваченных знаками сущностей может служить определению уровня цивилизации: культура определяется, в частности, и тем, скольким вещам мы приписываем знаковый характер," - взято у Кубряковой Е.С.

"Если нельзя однозначно отграничить то, что воспринимается явным образом сознанием, тогда получается, что трудно себе представить, например, как различить галлюцинаторное восприятие вещи от ее реального восприятия. Критерий здесь один. Реальность того, что мы привыкли называть реальностью, носит знаковый характер, галлюцинация же или любое бредовое явление незнаковы", - стр. 129.

Более прямо эту мысль развил Э. Барноу в "Предисловии":
"В настоящее время в отношениях людей изменилось многое: то, что как они воспринимают друг друга, оказывая взаимное влияние; их осознание собственной значимости и роли в современном обществе. Причиной этих изменений стал ряд новшеств, которые получили название «коммуникативной революции». Данная революция еще не закончилась.

Но когда же все началось? Представляется возможным утверждать, что изменения восходят к тем временам, когда наши предки в собственное общение, представляющее собой набор жестов, визуальный контакт, мимику, язык тела и т.д., стали добавлять слова. С развитием вербальных средств человек больше не ограничивал круг общения только своими соплеменниками. Так появилось умение выстраивать коммуникацию, так начинается ее история",  - "Филология и коммуникативные науки". - М., «ФЛИНТА», «Наука», 2015.

И предваряя методику следующих рабочих шагов по "И цзин", уже сейчас уместно "в проблемное поле «искусства понимания» включить также внеязыковые знаковые и выразительные феномены".

Я предполагаю, что вся моя работа конвенциональна, однако, в то же время надеюсь, что никто не станет спорить с утверждением, что жест - это тоже знак. А жест у нас, у гоминидов, как первичный телесный опыт, появился раньше слова и существует до сих пор.

 

 

Появление второй сигнальной системы многие авторы связывают с появлением речи, я же склонен связывать её зачатки с пониманием жеста.

Об этом думал уже Гёте:

"Написано: "Вначале было СЛОВО".

И вот уже одно препятствие готово:

Я слово не могу так высоко ценить.

Да, в переводе текст я должен изменить,

Когда мне верно чувство подсказало.

Я напишу, что МЫСЛЬ - всему начало.

Стой, не спеши, чтоб первая строка

От истины была недалека!

Ведь мысль творить и действовать не может!

Не СИЛА ли - начало всех начал?

Пишу, - и вновь я колебаться стал,

И вновь сомненье душу мне тревожит,

Но свет блеснул, - и выход вижу я:

В ДЕЯНИИ начало бытия".

Пер. Н. Холодковского

 

В деянии, в действии, в жесте!

Т.е., не соотнося с каким-то конкретным знаком, правильно толкуя Евангелие от Иоанна, надо понимать: "Сначала был жест".

"...наступление на мир всегда есть жест, большой или малый, напряженный или неуловимый, а жест мыслится как линия, как направление. Он не состоит из отдельный позиций, и производимые им линии не слагаются из точек. Он, как жест, как линия, как направление, есть неразложимая в своем единстве деятельность, и деятельностью этой полагаются и определяются отдельные точки, отдельные состояния, как нечто вторичное и производное", - из Флоренского у Грякалова (стр. 181).

Буонарроти, как поэт, художник и скульптор, был великим знатоком, прежде всего, пластики человеческого тела. Вот в Сикстинской капелле его точное изображение слов Библии: "Да будет.., Да соберется.., Да будут светила.., Да произведет земля.., Да владычествуют они..!"

 

 

Только что сработанный человек лежал врастяжку на плоском камне, ничем не прикрытый, во всеоружии жизни, творчества и размножения. Причем неизвестно, сколько долгих мигов протекло до того момента, когда животворящая искра благодати соскочила с Его повелевающего перста на встречно протянутую руку пробуждающегося Адама.

Прекрасным подтверждением подобной трактовки значения  жеста является цитата из Дао Дэ Цзин: «Дао вечно и не имеет имени». Жест не имеет имени! Жест вечен (насколько вечна жизнь). Жест не имеет имени ни у богомола, ни у косатки-скрипуна.

И.В. Поляков: "В свете современного внимания к проблемам исследования естественного языка особый интерес представляют результаты обсуждения Пирсом структуры и природы предложений. Разработав нетрадиционные аналитические прием и соответствующий концептуальный аппарат, он указал на то, что в отличие от общепринятых взглядов следует признать существование предложений, субъект которых не выражается именем или номинативом. Полагая предложение эквивалентным фразе в изъявительном наклонении, он утверждает: помимо выраженных словами субъектами предложений могут быть любые явления, выполняющие функцию индекса. Так, при производстве высказывания "Красивый" субъектом предложения становится рука, указывающая на цветок, обозначаемый данным высказыванием. <...> Из изложенного становится ясными основания доводов Пирса в пользу существования разнородных субъектов предложений. Одним из них является применение понятийных средств, не продуцируемых из исходных утверждений о Коррелятах и вводящих в контекст рассуждений представление об интенциональности".

Еще раз: "...не состоит из отдельный позиций, и производимые им линии не слагаются из точек. Он, как жест, как линия, как направление, есть неразложимая в своем единстве деятельность".

Прямая рука Бога, прямая:

- ДА!

Перст указующий.

Жест как знак.

Знак в значении соглашения; если хотите, - Завета.

Έν ρχ ν λόγος, где Логос в значении разума, как отличия человека от животного.

Гиренок же гнет своё: "Жест — это эмоция, которая оказалась вне самовоздействия самости, пытаясь соединить тело и воображаемое. Самовоздействие она заменила воздействием на другого. Энергия этой эмоции работает не на самоограничение, а на ограничение другого. <...> Жест — не знак, а смысл, выставленный уже-сознанием вовне. Если бы жест был знаком, то он был бы безразличен к направлениям движения смысла. Энергия жеста всегда направлена в одну сторону — в сторону другого. <...> Любой жест говорит сам за себя. И прежде всего — это жест руки. Указательный жест руки следует назвать первожестом, жестом вообще. <...> В жесте указания мир опредмечивается, а сознание начинает собирать себя из рассеяния. <...> Если бы у человека не было указательного жеста, то он не научился бы говорить, ибо указывать — значит уже что-то сказать.

Жест — это не признак мира, это не часть среды, не элемент, который принадлежит объективной ситуации. Мир не знает жестов. Жест — это взгляд, брошенный на мир извне, со стороны сознания. По жесту можно судить о присутствии уже-сознания, благодаря которому мы и сегодня понимаем назначение вещей, для которых у нас нет слов. Жест — это трость, которой уже-сознание, овладев телом, ощупывает мир. Но эмоции не локализуются в пространстве жеста. Они трансгрессируют, перемещаясь в пространство звука, и жест начинает сопровождаться звуком. Рука как орган существования жеста уступает место рту. <...> В этом пространстве есть зов, повеление, призыв и обращение. С жеста начинается рождение любого осмысленного мира.

Жест руки ограничен визуальным пространством. Звуковой жест преодолевает эту ограниченность, ибо жест становится длительностью, чем-то протяженным во времени", - "Аутография языка и сознания".

"...и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою".

И наоборот.

Чем же ответил человек Богу?

 

"На миллионы световых годов

  Раздвинута темница мирозданья,

  Хрустальный свод расколот на куски

  И небеса проветрены от Бога...

  С таким же исступлением, как раньше

  В себе стремился выжечь человек

  Все то, что было плотью, так теперь

  Отвсюду вытравлял заразу духа,

  Охолощал не тело, но мечту,

  Мозги дезинфицировал от веры,

  Накладывал запреты и табу

  На все, что не сводилось к механизму:

  На откровенье, таинство, экстаз..."

Волошин

 

Разбираемый сейчас в тексте жест (перекрестие рук) обозначим латинской буквой "х".

На Военно-морском флоте он определен как условный знак "до локтя", - А. Покровский "Академия"/«...расстрелять!». - С.-Пб., «ИНАПРЕСС», 2006.

 

Прерванная линиякак знак, и как палка, сломанная по иронии судьбы в государстве Инь (殷代) на среднем течении Хуанхэ (бассейн реки Хуанхе считается местом формирования и становления китайского этноса), и как сломанная шпага де Жюссака в Париже начала XVII века, всегда обозначает "НЕТ". Исторический экскурс закончим в XXI веке жестом жесткого отказа: уже согнутая в локте, "сломанная" под углом рука (не ломать же её в самом деле).

 

 

 

- Альфред Хоторн «Бенни» Хилл - второй, величайший в истории, комик после Чарли Чаплина. Здесь я абсолютно солидарен с Майклом Джексоном. И великолепный Тото Кутуньо.

 

 

Всё из открытых источников.

Некоторых может ввести в заблуждение последний милый образ; нет, салаги, это действительно опасное существо - эксклюзивный селлер блогеров в Рунете. И хотя понятие "эксклюзивный селлер" мужского рода, на илл. все-таки, женщина; и на ней женская кофточка, которая застегивается, а, чаще, расстегивается левой рукой. Поэтому "No" показывается Гиренку левой рукой. 

Жест Þ знак Þ значение.

Кто знаком с военно-морской тематикой, должно быть наталкивался на интересную сентенцию Стрижака: "Здесь должна быть триада: Знак, Слово, Мысль. Триада, она же цепочка. Короткий вид данной цепочки: знак - мысль. Утвержденное мыслью и магическим словом существование закрепляется в знаке. Знак собою являет магический код. Знак может быть не расшифрован. Знак не может быть расшифрован, если ищущий не владеет ключом. Если знак непонятен... не понятно слово..."

Даже технически мало-мальски грамотные конструкторы гидравлики определяют понятие системы ниппель идиомой: "туда дуй, а оттуда ..."

Это я по отношению к цитате "...и вдунул в лице его".

Кстати, именно Грякалов подводит к мысли, что человек в свете последних изысков антропологии является двойным агентом. С одной стороны он создан Богом, он Его детище и Его инструмент, а с другой стороны, каждый раз, доказывая в своей среде, что он Человек, он снова и снова должен быть радикальнее Виталия Гинзбурга.

 

Те же, те же, те же изломанные элементы.

 

 fu  не; нет (в сочетаниях; отрицание)

 

Ищу в интернете, чем отличается понятие он-еми от кун-еми?

Первый же найденный ответ меня просто-таки сразил. Он гласил: "Тем же, чем минет отличается от куннилингуса (ela@land.ru на 26.11.10)".

Вот тебе бабушка и Юрьев день.

Или, как говорит мужской персонаж в одном сериале: "Вот тебе бабушка и Рабиндранат Тагор". Что, конечно же, ближе к современности. Но и над этим мне приходится недоумевать. Для меня библией с младых ногтей был учебник Бема "Электротехника" для ВВМИУ.

Тем, кто действительно серьезно заинтересовался этой темой, рекомендую изумительную работу (недавно ушедшей от нас †2016) Елены Александровны Гришиной. Её Корпусные исследования "Русская жестикуляция с лингвистической точки зрения". - М., Изд. Дом ЯСК. - Необходимый и достойный вклад в науку Женщины и Ученого.

 

Как я уже отмечал вначале, мой интеллект и образование не сопоставимы с большинством цитируемых здесь авторов. Чаще всего приходится только догадываться о том, что корифеи имели в виду. Легко ли мне, со специальностью электрика, продираться через Грякалова?!

Я как-то ошибся с закладкой в книге и два дня читал уже пройденный текст, слегка удивляясь на то, что стали попадаться знакомые слова. И только на какой-то n-ой странице, заметив отметку резкую ногтей, я понял, что уже не раз побывал здесь.

"Там, где начинается культура, начинается и область действия кого-то другого, а именно социального кода, по отношению к коду биологическому носящему характер «постредакции». И единицей этого кода, единственным возможным претендентом на роль социального гена, социальной наследственной сущности следует признать «знак в его способности фиксировать и неопределенно долго хранить значение. Знак и язык совечны обществу, но если язык в основном наборе функциональных нагрузок выступает как средство общения, то знак, как правило, оказывается носителем смысла и основанием его преемственного изменения, результатом, адресом и поводом общения. Если социальное наследование определено через внебиологическое кодирование наличной суммы обстоятельств и передачу программирующей информации средствами общения, то контакт поколений, уподобление последующего поколения предшествующему возможны лишь при опосредовании этого контакта знаком»", - Петров М.К. у Грякалова.

"Иероглиф - образ в функции знака". Там же.

И «отметку резкую ногтей». Здесь же.

Тем не менее, берусь по-свойски подойти к беспокойному иероглифу "не" - (нет, нет проблем).

Сначала была палочка (одна палочка), затем - динь - , её ударили по середине и сломали, появилась более сложная палочка, а прежняя 不再存在 - перестала существовать. Иероглиф - откровенная репрезентация полной хронологии происшествия "вот она была и нету". Своего рода анимация проделанного фокуса. Причем прерванная линия не становится двумя палочками, она остается исключительно отсутствием одной целой. Само числительное "2" по-китайски выглядит следующим образом: . Две палочки, одна над другой: 两根棍子,一只在另一只上面 (не для слабонервных). Или:

一个女人仍然是一个女人,虽然她已经不再是一个女孩。

不再是 - с китайского: "больше не, перестав быть".

Заинтересованная публика...

Стоп! Только не надо себе льстить, надо писать: случайный читатель.

Да - случайный читатель - мой постоянный оппонент имеет полное право поинтересоваться, почему палочку ударили снизу? Отвечаю:

- Элементарно, Ватсон, - ёе сломали об колено.

Однако, это чисто механистические рассуждения, которые никогда не являются основополагающими доводами.

Почему конкретно именно прерванная линия стала символизировать одну из двух универсальных мироустроительных сил, а именно - женскую, темную, пассивную Инь?

Здесь наше "противопоставление мужскому образу мысли, рубленному и структурированному, женскому - непрерывному и цельному, ускользающего от любого расщепления, определяющего истинную природу женщины, которая, как Мать-Сыра-Земля, обитает по ту сторону рациональности и структуры, упирается в инверсию гетевского Мефистофеля, постулирующую: я плоть всегда привыкшая утверждать", - Armen & Fedor, Joyce "Ulysses", Episode 18 (synopsis).

 

女人做的所有一切都会被忽略。
可要是她不做这件事儿的时候,就会特别显眼。

 

Прекрасный афоризм. Он лишний раз напоминает, что женщина конкретно утверждает себя тогда и только тогда, когда транслирует категоричное "нет". Сошлемся ли на Эдуарда Сурового? Нет.

Приняли бы мы/вы/они от эксклюзивного селлера однозначное "Да!"?

Да тут и выбора особого не может быть; место разрыва - это вход и выход, то место куда входит и откуда выходит человек (). "Её ноги - дверь дома", - В. Пропп "Исторические корни...". - М., "Лабиринт", 1998, стр. 391. Опираясь только на это рассуждение можно ещё (), и ещё (tu comprends?), и ещё разок... описать все 64 гексаграммы.

Для контингента идущих строем, объясняю: пробел в начертании знака - это прорезь в целике открытого прицела.

Привожу в пояснение правила проверки боя автомата АК-74.

 Техника прицеливания достаточно проста. Прицел, целик и точка прицеливания выбираются с таким расчетом, чтобы при стрельбе на дальность до 400 м., установив прицел на 4, на 3 или "П", прицеливаться в нижний край цели или середину, если цель высокая. На стрельбе по мишени мушка и целик должны быть на одном уровне, мушка видна резко, целик менее резко, мишень... Её бы ещё найти...

Тем не менее, что скажет человек, увидев, что на него таким образом направлено оружие? Он скажет: "Нет, нет нет!"

Аналогично: перекрестие в гендерном символе Венеры (U+2640) есть элемент (прицельная сетка) оптического прицела, технику обнуления которого, я здесь излагать не буду. Единственно, порекомендую Шмидт и Бендер (MilDot), или что-нибудь попроще - MSR. Dictum sapienti sat est. Да, не забудьте глушитель типа Spiele Waffen SD22 или Харбинджер В20.

Оксюморон - Здоровый оптимизм Кривина. Тем не менее: "...мушка верит в мушку, мошка верит в мошку. А мышка верит в мышку, и совершенно НЕ верит в кошку".

 

*         *         *

 

Однако вернемся к сегодняшним темам.

Как из женского, казалось бы, непрерывного и цельного, образа мысли нельзя вывести категоричное яо Ян, так из мужского "всегда да" никакой промывкой мозгов не получишь конкретное яо Инь. А получается всегда: "мама, мама, что я буду делать?"

 

 

Как это писал в "Логико-философском трактате" Л. Витгеншетейн: "3.12. Знак, с помощью которого выражается мысль, я называю знаком-предложением. Знак-предложение - предложение в его проективном отношении к миру", - Витгенштейн Л. Философские работы. Т.1, стр. 11. - М., «Гнозис», 1994.

но это уже тема следующей книги.

 

Только совсем глупый дурак может подумать, что тут и сказочки конец.

Зарисовка про Иваныча дает мне возможность перейти к другой раскраске знака.  Абсолютно всеми подчеркивается, что звук, слово или в идеале - связная речь более богаты оттенками, чем визуальные знаки. Звуковая способность человека рассматривается как наиболее экономичная и динамичная модальность. И задолго до письменности озвученная мысль была неразрывно связана с коммуникацией (взято у Дж. Стюарта). "Таким образом, по существу я буду утверждать, что наше понимание и опыт действительности состоят для нас в очень большой степени из того, как мы должны говорить, пытаясь (выражаясь почти тавтологически) объяснить её", - он же.

Основываясь на последнем и развертывая неразрывную цепь доказательств, Стюарт убедительно показывает, что метонимия дает более адекватную модель языка, чем метафора. "Метонимия - это не отношение чего-то к "чему-то другому", а соотношение части и целого. <...> Аналогично этому люди устанавливают смысл лингвистических событий (высказываний, сообщений, трансакций) не с помощью связывания лингвистических элементов со своими нелингвистическими десигнатами, а используя высказывание для формирования мира, идя от высказывания к рассмотрению релевантного целого, которому это высказывание соответствует или в которое оно входит", - "Возвращаясь к символической модели" / "Знаковые системы в социальных и когнитивных процессах". - Новосибирск, "Наука", 1990.

Ричард Парментьер: "Значение этого факта заключается в том, что для Пирса определение и репрезентация более сложны, чем предполагалось вначале. Определение не просто движется от объекта к знаку, но от объекта через знак к некоторому дальнейшему действию или ментальной репрезентации, которую Пирс определяет термином "интерпретанта" и которая таким образом определяется в промежуточном положении тем же объектом. Интерпретанта - это перевод, объяснение, или концептуализация отношения знак/объект в последующий знак, представляющий тот же самый объект, знак, который выше был определен, здесь предполагает ограниченную  "широту интерпретации" для перевода знака". [Peirce, 1967.]

"Еще эмпириокритики  показали, что познавательная операция заключается в таком создании внутренних образов, или символов предметов, чтобы логически необходимые последствия этих образов были всегда образами естественно необходимых последствий изображенных в них предметов". Цитату беспечно не обозначаю, т.к. первоисточники все интересующиеся должны знать назубок.

Здесь можно было бы рассмотреть вопрос о сигнальном характере данных элементов.

С.Н. Петрова: "Изучение закономерностей коммуникации может быть успешным, как известно, лишь в том случае, если рассматривать ее как один из видов человеческой деятельности. Такой взгляд позволяет характеризовать ее как процесс последовательного решения задач, в ходе которого адресату предстоит декодировать сеть сложных взаимосвязей, запутанные системы скрытых и явных сигналов. Осуществить это можно как на основе знаний, сопровождающихся непосредственно в самом тексте (семантических знаний), так и знаний, находящихся за его пределами (прагматических знаний). Понимание взаимосвязи семантических и прагматических знаний предполагает осмысление того, каким образом и в каких случаях применяется каждое из них в процессе  интерпретации". [Schank R, Birnbaum L.]

Для всей работы предыдущий абзац особенно значен (важен). Предлагаю его читать несколько раз.

Совершенномудрые были мудры совершенно. Привязка определенного образа к  графическому математико-комбинаторному символу дала возможность законсервировать всю структуру "И цзин" на века. «Символ есть знак, который отсылает к обозначаемому им Объекту в силу закона, обычно – ассоциации общих идей, действующего так, чтобы заставить нас интерпретировать», - Ч.С. Пирс «Разделение знаков»/Избранные произведения. - М., «ΛΟΓΟΣ/Логос», 2000. Интерпретировать и, стало быть в дальнейшем - запоминать.

Не об этом ли позже писал Конфуций: "Скажи мне - и я забуду, покажи мне - и я запомню". Т.е. покажи этот символ-знак, за которым образ.

По Пирсу, пишет Кирющенко: «Знак есть всё, что несёт на себе или передает то или иное определение своего объекта; он есть не более и не менее чем смесь категорий, лапласовская небула, образовавшаяся от их сгущения; его консистенция и плотность зависят лишь от времени и пропорций».

Гексаграмма - как небула сгустившихся категорий, категорий, собирающихся в общее определение. Небула, как нечто неопределенное, еще только закипающее в заварке из понятий, представлений, концептов, терминов, универсалий.

"И цзин" - самый яркий пример действительного «кодирования информации». Метод совершенномудрых в передаче знаний выдержал проверку временем.

Кто были эти люди, сказать сейчас довольно сложно.

Ясно, что это был не один человек, как, например, Пифагор или Кант, скорее всего это была плеяда просветителей. В первичном слое книги заключен не личный опыт философствования, в котором обычно трудно найти оригиналы в мире действительных вещей и отношений. Здесь за каждой категорией стоит бесспорный факт мироздания, его отображение, закрепленное в языке, в ярком запоминающемся образе. Та форма реальности, которую называют знанием о внешнем  мире.

Лисевич пишет: "Трое владык... пять государей... - совершенномудрые государи древности, с которых последующие должны брать пример... В число Трех владык, например, входили такие пришельцы с небес, как Суй-жэнь, научивший людей добывать огонь трением, Фу-си - научивший готовить пищу на огне, и Шэнь-нун, научивших их возделывать землю".

Кстати, это первый пример отношения трех к пяти.

А вот как их описывает Лао цзы:

"Они были внимательны, как человек, переходящий реку по тонкому льду. Бдительны, словно окружены со всех сторон врагами. Учтивы, как гости. Изменчивы, как тающий лед. Целостны, как необработанный деревянный брус. Восприимчивы, как плодородная долина. Непроницаемы, как мутные воды." - [Пер. с кит. Дж. Макдональда, с англ. - А. Костенко].

Несомненно, совершенномудрые обладали обширными знаниями. И, конечно, их понятийный уровень был во многом выше понятийного уровня тогдашних жителей Поднебесной. Но что действительно выявляет их глубочайшую мудрость, так это то, что они не стали углубляться в конкретику, они не стали объяснять древним китайцам свойства света или устройство атома. Они дали самые необходимые, клЮчевыШ понятия о Природе нашего Мира. Они дали Знание.

«Знай, что древние не углублялись в частности, так как частности преходящи и мимолетны. Они занимались общим, так как общее постоянно и наука о нем прочна. Кто знает общее, необходимо будет понимать и частное», - Омар Хайям.

«Знание, - говорил Сократ, -  есть понятие об общем, а общее скрыто в единичных предметах».

«Очевидно, что как бы ни отличался воображаемый мир от реального, он должен иметь нечто — некоторую форму — общее с действительным миром», - Людвиг Витгенштейн "Логико-философский трактат".

Как передать это "общее" ученикам, апологетам, другим поколениям?

«Аналитическое рассмотрение онтологизированных понятий, которые необходимо передать другому лицу в форме теоретического знания, возможно только проведением дедуктивного разворачивания понятия на многообразных конкретных примерах», - В.Г. Попов. (Для заинтересующихся рекомендую статью В.Г. Повова "Понятие как форма репрезентации субъектно-объектного отношения" - http://r-logic.ru/text_o/text_o_02.htm.

 

И появляется великая традиция - «Книга Перемен» - онтологизированные понятия разворачиваются в перечень конкретных обыденных примеров, "экзистенциалов", в драму жизни, драму человека: «Начальная трудность», «Необходимость ждать», «Тяжба», «Войско», «Разорение», «Бегство», «Питание»,  «Домашние», «Колодец», «Жертвенник», «Невеста», «Молния», «Ещё не конец», «Сосредоточенность»...

«Год новый наступил, кушать стало нечего»...

И это не я сказал! Это сказал Лем: "Лишь экзистенциальное познание может переносить информацию, будь оно хоть трижды трансцендентное".

Образность, метафоричность, гиперболизация всегда только помогали быстрее и глубже усваивать учебный материал. Это признавали все, начиная с Аквината и заканчивая Умберто Эко.

 

 

Фома Аквинский был абсолютный шизоид. "Безразличие - специфический аффект шизоида. Безразличие к общераспространенным аксиологическим ценностям и любовь к эпистемическому, которая в случае любви и ненависти, кстати говоря, полностью отсутствует. Любящего и ненавидящего ничего не интересует, кроме предмета из любви и ненависти. Безразличного человека в эмоциональном плане, шизоида, интересуют очень многие объекты, он поглощен научными открытиями. Странное это какое-то безразличие. Это не безразличие депрессивного человека, для которого всё умерло. Это безразличие человека, которому сделали всеобщую анестезию. Ему не больно. Ему безразлично, что происходит с объектами традиционной любви. Но им движет любопытство. Безразличие и любопытство, как ни странно, братья. Безразличие человека, делающего научные открытия. Любовь и наука, любовь и творчество противопоказаны друг другу. Когда любишь, весь мир теряет значение. И когда ненавидишь тоже. Когда чувства гаснут, ум проясняется, жить становится интересно, появляется творчество", - стр. 145.

Сосредоточились?

№ 29 Си кань – «Двойная бездна»!

Первое современное толкование датируется июнем 1894 года. Вот его перевод: «Изречение святого Павла: "Videmus nunc per speculum in aenigmate" приоткрывает завесу над сущей Бездной – душой человека. Пугающая неисчислимость бездн, таящихся в тверди небесной, иллюзорна, ибо она – всего лишь отражение бездн нашего внутреннего мира, видимое в "зеркале"».

Однако, говоря языком учебников, семантическая среда нулевого слоя "И цзин" не соответствовала ментальности древнекитайского общества и его лингвистической системе.

Совершенномудрые - своего рода Deus ex machina. Иначе мне пришлось бы процитировать почти целиком великолепную работу Кубряковой "Язык и знание.." [М., «Языки славянской культуры», 2004], её выкладки о номинации, категоризации и концептуализации. Там масса, просто масса, интересного материала, но

 

совсем не осталось времени.

 

Всего 64 позиции, как на полностью заставленной шахматной доске, разными, но в чем-то похожими, фигурками.

Чэн И-чуань пишет: «Перемены» – это изменчивость, в которой мы меняемся в соответствии со временем, для того чтобы следовать Пути мирового развития. Книга эта столь широка и всеобъемлюща, что через нее мы надеемся встать в правильное отношение к законам нашей сущности и судьбы, проникнуть во все причины явного и сокровенного, исчерпать до конца всю действительность предметов и событий  и, тем самым, указать путь открытий и свершений. Да, можно сказать, что совершенномудрые авторы ее достигли наивысшего в своих заботах о последующих поколениях. Хотя мы уже далеки от тех древних времен, но до нас еще сохранились завещанные ими основные тексты. Однако толкователи прежних времен утратили их смысл и передали лишь слова, а их последователи только произносят эти слова и забывают об их сути».

Сколько было поломано копий только на поле тех доказательств, какое понятие собой являет иероглиф И в названии книги. Я не вижу необходимости искать в этой теме сермяжную истину. Китаец читает - китаец понимает. Судя по последнему абзацу в "Мертвых душах" Николай Васильевич вполне мог назвать поэму "Н,но-о, залётные!" И никто бы на Святой Руси ему слова поперек не сказал. А в Китае вышли бы тома примечаний с разъяснением слова "залётные". Более современный пример - "Время, вперед!" Катаева. Какое время имел ввиду автор повести? Он обращался ко Времени как к философской категории или как к физической мере нашего существования, или как к четвертой математической координате?

Вопрос попроще: "Невечерняя" - цыганская народная? песня. Почему Каренин хотел, чтобы все присутствующие услышали именно эту песню? Почему Баталов сказал: "Это она". Кто она? Что она? Невечерняя - это значит - утренняя? Тогда, почему спотухала? Что поднимает Машу из хора, как стебелек из травы? Э-э? Ромале?

Шпаликов был гений, когда рифмовал "выпью" - "выпью".

Сколько, например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения. Но, если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец, и говорящий для меня чужестранец. А потому, говорящий, ... молись о даре истолкования.

 

Этой определенной разноголосице подводит обобщающий итог С.Н. Петрова: "Современные исследования вопросов обработки и понимания естественного языка характеризуются широким использованием в них когнитивных подходов. Суть их в том, что они дают возможность на основе единой концептуальной базы эффективно объединять как собственно лингвистические знания (фонетические, морфологические, синтаксические, семантические), так и экстралингвинистические (фоновые знания о мире, коммуникативной ситуации, целях и планах участников коммуникации). Принятие концепции знания в качестве базисной дает возможность по-новому подойти к процессам понимания естественного языка, которые с этой точки зрения видятся как результат включения новой информации  в уже имеющуюся базу знаний".

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
       Lin Yun
     
 
 

 

Ещё темнее текст становится, если опираться только на лингвистические знания (фонетические, морфологические, синтаксические, семантические) о слове. В этом случае совершенно теряются цели и планы участников коммуникации.

 

     
 
 

 

Ещё не сшит подвенечный наряд, но две вечных дороги уже проходят через сердце. Не смотря на это, главным условием необходимым для того, чтобы была возможность расслышать друг дуга, должен быть полет тройки по кругу! Над ареной цирка? Хотя ворота мы раскрыли сами. Рты?

 

И вот обратимся к этим двум песням.

Первое, что можно сказать - обе песни трогают нас. Трогают нас безотносительно к тому, что одна песня цыганская, другая окуджавская. Мы воспринимаем их как вполне ясные, понятные произведения о тех чувствах, которые переживает человек в определенных обстоятельствах, о человеческих отношениях. О тех чувствах, которые возможно не имеют четких ясных определений,  но в то же время также ясно нами переживаются.

Второе. Тексты обеих прекрасных песен абсолютно не представляют собой логически связанных текстов. Каждая из них это набор разноплановых картинок, разбросанных в случайном порядке. В то же время обе они являют собой симбиоз имманентного и репрезентативного подхода  к информации.

И что же мы имеем в случае каждой песни?

Логики нет, а эмпатия есть. Логики нет, а понимание, вовлеченность и коммуникабельность есть.

В случае каждой песни: логики нет, а коммуникация есть! Коммуникация безусловно в наличии через пропетый текст, в котором нет логики. Т.е. каждую песню, в которой нет связно изложенной мысли, понять можно!

Вот так ситуация.

 

"…очнувшись от своей игры, Орфей застал жену в объятиях Морфея", - Феликс Кривин.

 

Обе песни были выбраны случайно. При желании можно было бы для подобного примера подобрать более подходящие песни и их тексты. Но основная, в данном случае, иллюстрируемая мысль, мне кажется, ясна: логики в высказываниях нет, а коммуникация есть. Т.е., если представить текст песен как задачу, каждый раз, при отсутствии логики в начальных условиях, решение задачи в итоге находилось.

Вот так ситуация.

Для ее прояснения обратимся к учебнику Рузаны Владимировны Псху "Ситуативная герменевтика".

Великолепная книга! Великолепная.

Но с самого начала она заставляет вернуться к тем же нерешенным проблемам.

Первое - философский перевод. Перевод. А я не переводчик. И даже имея в наличии все китайско-русские словари, я бы не взялся за перевод. Т.к. перевод уже есть. Переводы. Ну, такие, какие есть: Щуцкого, Яковлева, и др., и не мне их поправлять.

Второе - философский текст. А текста, как уже неоднократно отмечалось, здесь нет. Как нет. Нет как в общем плане связной и полной последовательности символов. Так, например, И. Р. Гальперин определяет текст следующим образом: «Это письменное сообщение, объективированное в виде письменного документа, состоящее из ряда высказываний, объединённых разными типами лексической, грамматической и логической связи, имеющее определённый модальный характер, прагматическую установку и соответственно литературно обработанное». WIKI. Можно, конечно, предположить, что "И цзин" - это словарь. Но тогда...

Третье - встает вопрос, как к нему прилепить определение 'философский'? О необходимости которого, категорически подчеркивается Рузаной Владимировной каждый раз? Можно, скрипя сердцем, предположить, что две гексаграммы ("Уже конец" и "Еще  не конец") имеют философскую коннотацию. Но как в таком случае быть с гексаграммой "Крупный скот"? Куда его-то гнать?

В этом месте возможный читатель вполне в праве заявить:

- Что ж ты, чудак, взялся за эту неподъемную для тебя тему, и пудришь нам здесь мозги?

Отвечу опять же двумя цитатами.

1. Чехов "Дядя Ваня".

"Войницкий:

- Если бы я жил нормально, то из меня мог бы выйти Шопенгауэр, Достоевский…"

2. Зорин "Покровские ворота".

"Хоботов:

- Если бы не ты, я мог бы быть Достоевским, Шопенгауэром..."

И так.

Желания обоих мужчин вполне естественны и понятны, и, судя по временным рамкам, закономерны. Да, у ребят не сложилось, но это не значит, что проект неудачный. Просто не надо распыляться, и поскольку в России уже есть один Достоевский, то мне единственно, что остается, так это стать первым русским Шопенгауэром.

Таков будет мой ответ на столь несвоевременный вопрос. А к "Ситуационной герменевтике" мы еще вернемся.

Теперь обратимся к нашим корифеям.

"Как же относится жизненное слово к породившей его вне-словесной ситуации? Разберем это на примере, намеренно упрощенном". Я фрагментарно цитирую статью В.Н. Волошина "Слово в жизни и слово в поэзии"/"Филология и коммуникативные науки". - М. «ФЛИНТА», «Наука», 2015.

"Двое сидят в комнате. Молчат. Один говорит: «Так!» Другой ничего не отвечает.

Для нас, не находившихся в комнате в момент беседы, весь этот «разговор» совершенно непонятен.

Чтобы вскрыть смысл и значение этой беседы , необходимо ее проанализировать.

<...>

Допустим, что нам известна и интонация, с которой было произнесено наше слово, - возмущенно укоризненная, но смягченная некоторой долей юмора.

Чего же нам не хватает? - Того «внесловесного контекста», в котором осмысленно звучало слово «так» для слушателя. Этот внесловесный контекст высказывания слагается из трех моментов: 1) из общего для говорящих пространственного кругозора (единство видимого - комната, окно и проч.); 2) из общего же для обоих знания и понимания положения и, наконец, 3) их общей для них оценки этого положения.

<...>

Прежде всего совершенно ясно, что слово здесь вовсе не отражает внесловесной ситуации так, как зеркало отражает предмет. В данном случае слово скорее разрешает ситуацию, как бы подводит ей оценочный итог. Гораздо чаще жизненное высказывание активно продолжает и развивает ситуацию, намечает план будущего действия и организует его. Для нас же важна другая сторона жизненного высказывания: каково бы оно ни было, оно всегда связывает между собой участников ситуации, как соучастников, одинаково знающих, понимающих и оценивающих эту ситуацию. Высказывание, следовательно, опирается на их реальную, материальную принадлежность одному и тому же куску бытия, давая этой материальной общности идеологическое выражение и дельнейшее идеологическое развитие".

Слово 'идеологическое', повторенное дважды, сверкает здесь как голая жопа... неандертальца.

Но общий тезис ясен.

 

 
 

Предыдущая

 

Следующая

 
   

"И цзин". Экспликация © Ole Lukoe, 2006-2016

Besucherzahler
счетчик посещений