* * *

«Товарищи ученые, доценты с кандидатами», 同事们, «открылась бездна, звезд полна». Но и этого, оказывается, мало. Определяться с направлением необходимо из той точки, в которой непосредственно находишься сейчас. Сейчас - это когда? Сейчас - это теперь! Т.е., осталось найти время.

"Бессмысленно спрашивать о времени того, кто не понимает, где находится", - И.Ю.

«Мир, построением и модификацией которого мы постоянно заняты, лучше всего может быть понят как состоящий из четырех основных измерений: измерения отношения, темы, времени и пространства.

Третье измерение – временное. От «Бытия и времени» до «Времени и бытия» Хайдеггер постоянно обращает наше внимание на внутреннее отношение между временем и человеческим существом и на предел, до которого время является горизонтом бытия. Для Хайдеггера, однако, время вполне могло бы быть главным измерением мира. Время – способ, которым «присвоение присваивает». Бытие в основе своей должно пониматься как «присутствие». Для меня временной аспект включает в себя количество времени, которое, по нашему представлению, у нас «есть» - что влияет на темп наших действий, степень, с которой на нас оказывает влияние прошлое или насколько мы «втянуты» в будущее», - Джон Стюарт, стр. 97.

"Что быстрее мысли?" - Владимир Даль.

"Стоит дом в двенадцать окон,

В каждом окне по четыре девицы.

У каждой девицы по семь веретен,

У каждого веретена разное имя", - взято у Криничной.

"Пространство и время релятивизируются взглядом говорящего на мир [Апресян 1986: 19]. Связь между ними естественна: то, что расположено близко от человека, достигается быстро, а то, что от него далеко, - медленно. Такого рода представления появляются у человека вместе с понятиями пространства и времени.

В современном китайском языке понятия времени и пространства передаются парами иероглифов (биномами) с общим элементом shijian «время» [时间] и kongjian «пространство» [空间] (букв. 'промежутки (помещения) для часов/сезонов и пустоты'). Первые знаки этих биномов обозначают видовые, а вторые - родовые понятия. В данном случае «время» и «пространство» имеют общий родовой элемент jian «помещение» [间]. В каждом из этих сочетаний между морфемами наблюдается атрибутивная связь: первая морфема - определение, вторая - определяемое.

Первый иероглиф обозначения времени - это морфема shi [时], семантика которой отражается в детерминативе со значением «солнце» (оно уже обозначено в иероглифе ключом 日, OL), а звучание в классическом написании задается фонетиком. Этот иероглиф, очевидно, связан с идеей солнечных часов, с помощью которых время членится по соотношению света и тени.

Связь понятия времени с понятием помещения говорит о неотделимости в наивной картине мира китайцев понятия времени от понятия пространства", - Тань Аошуан "Китайская картина мира, стр. 32, 33. - М., "Языки славянской культуры", 2004.

Вследствие своей непосредственной близости к Китаю, ещё раз "свидетельствует в пользу антропоцентричности китайского языкового сознания" прекрасная кыргызстанка.

А вот и время – вот оно, достаточно обратиться к следующей четверке значений, определяющих оси ортогональные друг другу.

64-05   21 – «Уже конец», 42 – «Еще не конец»,

               58 – «Возможное», 05 – «Действительное».

Здесь два определения из 24, имеющих свое пересечение в центре, несколько отличаются от всех остальных, в которых по диаметру представлены понятия с противоположными значениями.

Внимание привлекает тот факт, что, казалось бы, в позициях № 21 и № 42 должны были быть проявлены понятия начала и конца, однако, при явном отсутствии термина начала, термин конец используется дважды.

В обыденном физическом мире вообще трудно найти предмет, который бы имел начало и конец. Нет их, например, у камня или дерева; (даже ʹдорогаяʹ относительно ʹконцаʹ останется в полной неосведомленности), но, в принципе, в нашем сознании такие понятия существуют (начало пути). Упрощая, можно указать, где начало отрезка и где его конец. Но мы, указывая на конец отрезка и, при этом, имея в виду определенную конкретную точку, никогда не говорим уже конец отрезка.

"Не видать конца тропе,

 Что становится короче,

 А в 12 купе

 Кто-то снова выпить хочет".

 Юргис Кунчинас

Или знаменитое: "Нет дороги окончанья, есть, зато, её итог!"

И даже говоря уже конец пути, мы подразумеваем, прежде всего, его временной параметр, т.к. это конец пути только для нас и сейчас, а дорога, по-прежнему, «уходит в даль».

"Ржет дорога в гик пространств",

- гениальное прозрение Сергея Александровича: ржет - от др.-инд. rjáti - простираться.

"Скатертью, скатертью / Дальний путь стелется", что ли по поговорке "Скатертью дорожка"? - это неверно. Там должен быть классификатор "лента". 

一条路 (В.Ф. Щичко)

Для нас в основном только процессы, протекающие во времени, имеют свое начало и свой конец (например, кончина – от kan – колоть, резать, прекращать существование (Афанасьев «ПВСнаП», т. 3, стр.397) или «Cancel»  (Отмена) - прекращение процесса).

"Медленно минуты уплывают в даль, / Встречи с ними ты уже не жди", - всё тот же мюзикл. "Может мы обидели кого-то зря, / Календарь закроет старый лист".

«Наконец-то», - говорим мы, добившись завершения чего-либо или: «Начнем, пожалуй», - при зачине.

"Не лъпо ли ны, бяшет, братiе, начяти?"

И значит, демонстративное отсутствие в "И цзин" понятия начала указывает на тот факт, что речь идет не о конкретном временном интервале, а о времени вообще. О натурфилософском явлении, про начало которого мы вообще не имеем ни малейшего представления. Хотя [2:77] в примечании говорит: "Начало счастливое, конец запутанный". С такой оценкой можно согласиться, т.к. "начало" в конце концов послужило и нашему появлению на свет. А что там будет в конце? Бог весть...

По-

сле-              

до-      

ва-

          тель-

ность

по Ole Lukoe

Тетрады

Выноски

"И цзин". Реконструкция © Ole Lukoe, 2006-2016