«Аннун — это одновременно и изначальная мировая Бездна, место, где смерть сильнее жизни и где всё существующее порождено смертью, но где рождается всё живое, и Иной Мир, где обретаются боги и где проходит Дорога на чудесный остров западных морей — Авалон…».

- чем не модель хаотической инфляции Вселенной?!

А для круга лиц, знакомых с  вопросами психоаналитики, я бы соотнёс обстоятельство места "в бездне" с известным речевым штампом:
« - Где-е-е?
   - Где, где... ...в Караганде!»

Я бы и на двойной ров указал:
« - Где-е-е?
  - Где, где, в .....», - слово, которое я хотел бы привести, да воздержусь пока. И это не только "где", но и всегда - "куда", о чём с удивлением прочел Жирный Дима у Экклезиаста. А Покровский жаловался, что локализация этого обстоятельства места весьма условна. Хотя еще Вагинов удостоверял, что всегда это путешествие в хаос. Согласимся: с такой фамилией ему было видней.

- Ща всё будет.                                                                                                    К.С. Малевич «Черный квадрат»

К вопросу об образе. Вот как это понятие трактует Википедия: "Художественный образ — всеобщая категория художественного творчества, форма истолкования и освоения мира с позиции определённого эстетического идеала путём создания эстетически воздействующих объектов. Также любое явление, творчески воссозданное в художественном произведении." В художественных образах раскрываются грани духовного мира человека, его отношение к самым разным явлениям окружающей жизни. Результат обобщения. Здесь архи важно воображение - способность позволяющее создавать художественные образы.

Небольшое мнение от ретрограда.

Недавно в подъезде нашего дома сделали ремонт, в том числе побелили стены. Через несколько дней какой-то чудак по стенам нескольких этажей провел кривую линию черной палкой. По-видимому, как спускался так и вёл палкой по стене.

Так начинаются граффити.

Люди, очень больные, в головах у которых полный кавардак, патологически  не могут видеть перед собой чистый лист бумаги или идеально гладкую поверхность. Они мучаются, тяжело страдая от той разницы, которую невольно ощущают между хаосом в своей голове и девственным порядком вещей возникшей перед ними действительности. Разверзается двойная бездна: первая - полная дисгармония в сознании, вторая - бесконечность идеального (пусть только безотчетно ощущаемого). Желание загадить, изуродовать, привести к соответствию своим представлениям о норме при полном отсутствии умения сделать что-то путное (т.е. создать художественный образ).

Малевича дважды не принимали в художественное училище (напрашивается аналогия с Гитлером), но подсознание не обманешь, и человек несколько месяцев кряду малюет черным по белому. Потом "Черный круг", "Черный крест" и тд. и тп. А публика всё сожрёт, как сказано в "Сталкере"... Потребитель - "Он это съест и не отравится".

Создать что-то гармоничное такой человек органически не может. Главная публицистическая работа Малевича - «Супрематизм. Мир как беспредметность или вечный покой».

Кратко ее посыл можно  охарактеризовать следующим. Поскольку ни один предмет он не может изобразить адекватно, следовательно, их не должно существовать в мире; его основное кредо - алогизм, т.к. любая логика не доступна его умственному развитию. И в этом отсутствует основной элемент художественной культуры (будь то религиозный культ, музыка, поэзия, живопись), не говоря уж об этике, - здесь нет сопереживания. Здесь нечему сопереживать.

Супрематизм это абсолютное Ничто, впрочем, так же как и абстракционизм, кубизм и иже с ними. Очень верно по этому поводу выразился Андрей Кончаловский: "От чёрного квадрата - к чёрной дыре". К чёрной дыре  как к коллапсирующей бездне, из которой уже ничто не возвращается.

И сам же Уорхол честно признавался, что "за этим ничего нет".

"Ничего - принцип дизайна", - Гиренок "Метафизика пата", 2014, 14-15.

Искусство - в радости узнавания.

Спору нет, и тут мы можем узнать квадрат, как в известном анекдоте: и вот косинус, и вот косинус!

"Супрематизм – это коммунизм малограмотных". Там же.

Зачем же вы, Ирина Александровна, тащите "Квадрат" в Музей изобразительных искусств? Его место в музее дизайна. В музее отражающем историю деятельности по проектированию эстетических свойств промышленных изделий («художественного конструирования»). Если таковой будет, пусть там займет место предтечи.

"В просторной, но порядком захламленной комнате «Отдела Русского искусства конца XIX и XX века»"  звучит единственный сакраментальный "зощенковский вопрос:

- Извините, у вас нету дермантина?" [А. Эткинд]

Только отсутствие дермантина мешает спрятать позор передатировки автором своих картин. И это понятно - Казимир патологически хочет вернуть "однажды приключившийся успех".

И даже Веллер, даже Веллер - уж на что, человек современных взглядов, отмечал: "Это надо уметь в течение десяти-пятнадцати лет впарить населению мысль о том, что это есть шедевр и символ не просто чего-то, а нового искусства, и таковым новым искусством произведение этого по своему гениального шарлатана, человека необыкновенно славолюбивого, предприимчивого, пронырливого, настырного и так далее. Вот эта вот фигня теперь вызывает всякие такие споры и желание смотреть. Так вот о "Черном квадрате": если можно внушить сотням миллионов ценителям в кавычках и без кавычек искусства, что черный квадрат это шедевр (и не надо считать меня ретроградом; лет так примерно с семнадцати и лет так примерно до тридцати в глуховом Совейском Союзе я был такой пропагандист, адепт, приверженец современного искусства всех видов модернизма, а потом как-то оно по мере того, что больше знаешь и думаешь, начинаешь скептичнее ко всему относиться). Так вот, если можно впарить "Черный квадрат", можно впарить всЁ!"

Георгий Острецов уверяет: "Искусство должно быть элитарным", - наверное, не без основания причисляя себя к этой элите. Не осознавая, что чем ýже элита, тем она консервативнее, тем хýже она решает проблемы разнообразия (закон Эшби). А в конце концов единственной элитой в искусстве может оказаться художник сам для себя. Просто для шутки приведу тест элитарности. Укажите автора и название каждого шедевра:

 

?	?
?	?
Не помню, кто утверждал: что у человека в языке, то и в голове. Перефразируя это сентенцию, можно сказать: что у человека на полотне, то и в голове.   А вот их сверстники:
Исаак Бродский	Кузьма Петров-Водкин
Сказка (1911. Холст, масло)	Богоматерь Умиление злых сердец (1915. Холст, масло)

В поэзии можно привести пример попроще: "Дыр бул щыл", что, как нам сообщили знатоки, означает «дырой будет уродное лицо счастливых олухов», - Д. Бурлюк.

И совсем другое видение мира: "Выткался на озере алый свет зари. / На бору со звонами плачут глухари. / Плачет где-то иволга, схоронясь в дупло. / Только мне не плачется — на душе светло". Или то, что глубоко выстрадано: "Чтоб за все грехи мои тяжкие / За безверие в благодать, / Положи меня в русской рубашке / Под иконами умирать". - Сокровеннейшая мысль; и ни убавить, ни прибавить.

А теперь найдем желтую палочку на верхнем левом рисунке. Её отсутствие как-то повлияло бы на наше представление о мире?

Да, без многого мы могли бы обойтись в этом мусоре. Потому я так считаю, что для того, чтобы иметь мнение о чем-либо, надо это понимать или сопереживать. А не идти, от мнения к пониманию, как делает большинство критиков от зубочисток. "Потому что симулятивным пустотам культуры успешно противостоит дословность зауми, а не дословность быта", - Ф. Гиренок*.

В этом плане полезно читать Мих. Лифшица. В искусстве быть ортодоксом, значит идти по узенькой дорожке между двумя безднами.

Возможно, я излишне многословен в этом случае. Но вот - "Знаток" Роквелла. Заметьте - в руках знатока проспект выставки. А в нём - цены. Легко предположить, о чем думает этот посетитель выставки. Скука!

Более поздняя вставка 18-го года.

Я уже давно не занимался "И цзин". И как-то, спокойно перелистывая "Лекции о Шекспире" Одена, наткнулся на текст, который с удовольствием привожу ниже.

"...нам нужно только проанализировать, насколько разрушительна для человечества скука, и, сосредоточившись в необходимой мере на этой основополагающей истине, избрать для себя должную силу импульса. Если же кто-то пожелает достичь максимальной мощности импульса, так, чтобы под угрозой оказалась сама движущая сила, нужно только сказать себе: скука - корень всех зол. Странно, что скука, сама по себе  такая степенная и вязкая, обладает властью приводить все в движение. Влияние, которое она оказывает, совершенно колдовское, разве что это влияние не притяжения, но отталкивания.

"Скука, - продолжает Кьеркегор, - демоническая сторона пантеизма. Пантеизм, в общем и целом, характеризуется наполненностью; в случае скуки мы имеем дело с чем-то абсолютно противоположным, ибо ее отличительная особенность - пустота. Однако именно это превращает скуку в пантеистическое понятие. Скука зависит от небытия, которым пронизана действительность; она вызывает головокружение, которое испытываешь, заглянув в зияющую пропасть, и это головокружение беспредельно". (Выделено мной, OL.)

Интересная, пацаны, но, к сожалению, не моя мысль. Еще Кант поднимал вопрос об эстетическом переживании, и Достоевский где-то писал: "Чем лучше я выражу свою мысль, тем буду понятнее себе и другим".

Вспоминается Майя Плисецкая, приводившая примерно по этому поводу слова Стравинского о «узнавании» и «познавании» в искусстве. Тогда давайте говорить о этом.

 Дао дэ цзин.

Тезис:

"Возможное и действительное

 возникает из одного источника.

 Называется он Бездной".

Аргументы:

"В колесе соединяются тридцать спиц,

но полезным его делает пустая сердцевина.

Мы лепим кувшин из глины,

но полезным его делает

внутренняя пустота.

Мы строим дом из дерева,

 но пригодным для жизни

 его делает пустой объём.

Так мы работаем с наличием,

чтобы использовать отсутствие".

Выводы:

"Пространство меж Небом и Землей

подобно кузнечному меху:

пусто, но не утратило своей силы.

Чем больше его используешь,

тем лучше оно работает;

чем больше о нём говоришь,

тем меньше его понимаешь".

 Переложение OL.

В конце концов:

- Чарли, задай мне координаты.

- Зал - примерно, двадцать на тридцать, вы на длинной стороне, по краям столики, оркестр справа.

"35. В пустоте ничего нет, значит, в ней нет ничего страшного. Но поскольку пустота темна, нельзя с уверенностью утверждать, что в ней нет вообще ничего. Поэтому пустота — единственное место, где поиски не полностью безнадежны". Игорь Юганов "Бога почти нет". - М.-СПб., «Летний сад», 2003.

"На сей раз я ему показал неодолимую середину великой пустоты," - Чжуан-цзы "Девять имен бездны".  

№ 29 Си кань – «Двойная бездна» = «Отсутствие» – № 18.

Если трактовать "Двойную  бездну" по-русски, по-простому, это всегда - яма. Яма она яма и есть. Ехал прямо - да попал в яму. И прежде, чем рыть яму другому, докопайся до истины. Т.е., чисто механически, надо рыть дважды. В свете последней поговорки интересно отметить, что Яма (Ямараджа) - в буддизме бог смерти, властелин ада и верховный судья загробного царства. Т.е., опять же с учетом пространственных представлений: Рай-земля - одна ступень вниз (в первую яму), земля-Ад - вторая ступень вниз (вторая яма). Двойная бездна.

В китайской мифологии Бог Смерти называется Яньло-ван (кит. 閻羅王 — Yanluowang), он является правителем ада. Здесь Яньло — не что иное, как сокращение транскрипции с санскрита «Yama Rājā» (閻魔羅社) (Царь Яма).

В тибетском буддизме ваджраяны Яма проявляется как Шиндже («владыка смерти») или полностью Шиндже Чойгьял, что соответствует санскритскому Яма Дхармараджа (IAST: Yama Dharmaraja) и переводится как «владыка смерти, царь закона».

А вот черный круг - Кагамибута нэцкэ с Ямой - гораздо выразительней, чем "Черный квадрат".

__________________________________________________________________________________

* - Гиренок Фёдор Иванович. До-словно - псевдо-ним, вид антропонима, короче, позывной с ним. Фамилия происходит от соединения греческого корня γήρας – старость и суффикса -енк в именах существительных с уменьшительно ласкательным значением нового поколения (ребенок, жеребенок, поросенок), т.е. по аналогии с китайским Лао-Цзы (Старый Младенец - 老子). Имя Фёдор взято в связи с главной темой Гиренка – Русского космизма – от полного тёзки - Фёдора Ивановича Тютчева (1803) к Фёдорову Николаю Фёдоровичу (1829), через Федотова Георгия Петровича (1886), к Фёдорову Юрию Михайловичу (1936). От Фёдора к Фёдорову, от Григория к Юрию; хотя это одно и то же. Повторение одного и того же в речи составляет тавтологию и, по большому счету, - асемантизм. Вот так история замутила фио в хао-се космоса. Только Лосев мог бы разобраться в этом, но и он был повязан отчеством. Кричу: Богдан, Богдан! – Подхожу, а это я – Фёдор – Божий дар. Отсюда и кредо Иваныча: философский текст должен быть коротким, как выстрел в метро, иначе можно пропустить нужную станцию. Отсюда и туда: «Ведь где жертва, там и кровь, и она на нас». На ком, на нас? «Не забалтывайтесь», как предупреждал Саломон Перлз в своем основополагающем труде «Гештальт-терапия: возбуждение и рост внутри и вне». Человек - это теперь корзина для мусора, и "нет ничего досаднее, чем видеть, как удачно сказанное слово умирает в ухе дурака", - Монтескье. То, что можно сказать, не есть извечное Слово, ведь слово - штык. И этим штыком можно нацарапать известный лозунг на теле дословности. "Вот кожа моя - голая, большая: / как холст для красок, чист простор для ран". Письмена на теле дословности составляют ритуал. Но сладостнее всего на нем сделать не просто царапину, а  глубокий рубец. Тогда крик тела дословности испугает явления культуры. Крик и стон составляют фундамент, над которым надстраивается опыт соборной чести и уважения к лицу. Вот ты, а вот мы. А где Киев? И где дядя из Киева? На бузину в огороде давно уже положили обрезанный пятый пункт. Так ещё до нас, в первом веке, космополиты писали: «И весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших» [Мф 27 25]. "Кровь Его! На нас!" - вот истинная соборность. Мы же так можем сказать только об Александре Мене, Царствие ему Небесное: «Иерусалим, Иерусалим (в смысле - Третий Рим), избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе!» [Мф 23 37]. Хотя сейчас и здесь, в Иерусалиме, тоже не на всех на нас, а только на тех, которые hic et nunc не мы. Вот тут-то (hic) и проходит трансцендентальная граница, и возникает (nunc) традиция, как чистый голос примитива. А, между нами девочками, нужны ли в переживаемый эон такая граница? такая традиция? и такой примитив? Конечно же нет! Но, как учил нас ещё, извините за выражение, великий Ленин: "Прежде, чем объединяться, и для того, чтобы объединиться, мы должны сначала решительно и определенно размежеваться". [Ленин В.Л. Заявление редакции "Искра", 1900.] А этого не происходит. Не размежевывается. Казалось бы, что здесь сложного: кому в приходе - поп, кому - жена его с божественною попой. Так нет же, нет. Каждый норовит и "рыбку съесть и сесть в присутственное место", - А. Плуцер-Сарно, том I, стр. 183 (С.-Пб. - М., «Лимбус Пресс», 2001). Поэтому, однозначно, - настоящее его имя: доктор наук профессор Шварценберг (из австро-венгерских князей, не путать с пароходом "Доктор наук профессор Шварценгольд").

[Автореферат «Социальные проблемы мужского одиночества в условиях крупного города», диссертация по ВАК 22.00.04, кандидата социологических наук Черепухина Ю. М. Институт социологии РАН, Москва, 1995.]